У старика со старухой не было детей. Век прожили, а детей не нажили. Вот сделали они колодочку, завернули ее в пеленочку, стали качать да прибаюкивать:

- Спи-тко, усни, дитя Терешечка,

Все ласточки спят,

И касатки спят,

И куницы спят,

И лисицы спят,

Нашему Терешечке

Спать велят!

Качали так, качали да прибаюкивали, и вместо колодочки стал расти сыночек Терешечка - настоящая ягодка.

Мальчик рос-подрастал, в разум приходил. Старик сделал ему челнок, выкрасил его белой краской, а весельцы - красной.

Вот Терешечка сел в челнок и говорит:

- Челнок, челнок, плыви далече,

Челнок, челнок, плыви далече.

Челнок и поплыл далеко-далеко. Терешечка стал рыбку ловить, а мать ему молочко и творожок стала носить.

Придет на берег и зовет:

- Терешечка, мой сыночек,

Приплынь, приплынь на бережочек,

Я тебе есть-пить принесла.

Терешечка издалека услышит матушкин голос и подплывет к бережку. Мать возьмет рыбку, накормит, напоит Терешечку, переменит ему рубашечку и поясок и отпустит опять ловить рыбку.

Узнала про то ведьма. Пришла на бережок и зовет страшным голосом:

- Терешечка, мой сыночек,

Приплынь, приплынь на бережочек,

Я тебе есть-пить принесла.

Терешечка распознал, что не матушкин это голос, и говорит:

- Челнок, челнок, плывя далече,

То не матушка меня зовет.

Тогда ведьма побежала в кузницу и велит кузнецу перековать себе горло, чтобы голос стал как у Терешечкиной матери.

Кузнец перековал ей горло. Ведьма опять пришла на бережок и запела голосом точь-в-точь родимой матушки:

- Терешечка, моя сыночек,

Приплынь, приплынь на бережочек,

Я тебе есть-пить принесла.

Терешечка обознался и подплыл к бережку. Ведьма его схватила, в мешок посадила и побежала. Принесла его в избушку на курьих ножках и велит своей дочери Аленке затопить печь пожарче и Терешечку зажарить.

А сама опять пошла на раздобытки. Вот Аленка истопила печь жарко-жарко и говорит Терешечке:

- Ложись на лопату. Он сел на лопату, руки, ноги раскинул и не пролезает в печь. А она ему:

- Не так лег.

- Да я не умею - покажи как...

- А как кошки спят, как собаки спят, так и ты ложись.

- А ты ляг сама да поучи меня. Аленка села на лопату, а Терешечка ее в печку и пихнул и заслонкой закрыл. А сам вышел из избушки и влез на высокий дуб.

Прибежала ведьма, открыла печку, вытащила свою дочь Аленку, съела, кости обглодала.

Потом вышла на двор и стала кататься-валяться по траве.

Катается-валяется и приговаривает:

- Покатаюсь я, поваляюсь я, Терешечкина мясца наевшись!

А Терешечка ей с дуба отвечает:

- Покатайся-поваляйся, Аленкина мясца наевшись!

А ведьма:

- Не листья ли это шумят?

И сама - опять:

- Покатаюсь я, поваляюсь я, Терешечкина мясца наевшись!

А Терешечка все свое:

- Покатайся-поваляйся, Аленкина мясца наевшись!

Ведьма глянула и увидела его на высоком дубу. Кинулась грызть дуб. Грызла, грызла - два передних зуба выломала, побежала в кузницу:

- Кузнец, кузнец! Скуй мне два железных зуба. Кузнец сковал ей два зуба.

Вернулась ведьма и стала опять грызть дуб. Грызла, грызла и выломала два нижних зуба. Побежала к кузнецу:

- Кузнец, кузнец! Скуй мне еще два железных зуба.

Кузнец сковал ей еще два зуба. Вернулась ведьма и опять стала грызть дуб. Грызет - только щепки летят. А дуб уже трещит, шатается.

Что тут делать? Терешечка видит: летят гуси-лебеди.

Он их просит:

- Гуси мои, лебедята!

Возьмите меня на крылья,

Унесите к батюшке, к матушке!

А гуси-лебеди отвечают:

- Га-га, за нами еще летят - поголоднее нас, они тебя возьмут.

А ведьма погрызет-погрызет, взглянет на Терешечку, облизнется - и опять за дело...

Летит другое стадо. Терешечка просит:

- Гуси мои, лебедята!

Возьмите меня на крылья,

Унесите к батюшке, к матушке!

А гуси-лебеди отвечают: - А-а-га, за нами летит защипанный гусенок, он тебя возьмет-донесет.

А ведьме уже немного осталось. Вот-вот повалится дуб.

Летит защипанный гусенок. Терешечка его просит:

- Гусь-лебедь ты мой! Возьми меня, посади на крылышки, унеси к батюшке, к матушке.

Сжалился защипанный гусенок, посадил Терешечку на крылья, встрепенулся и полетел, понес его домой.

Прилетели они к избе и сели на травке. А старуха напекла блинов - поминать Терешечку - и говорит:

- Это тебе, старичок, блин, а это мне блин. А Терешечкин голос под окном:

- А мне блин?

Старуха услыхала и говорит:

- Погляди-ка, старичок, кто там просит блинок?

Старик вышел, увидел Терешечку, привел к старухе - пошло обниманье!

А защипанного гусенка откормили, отпоили, на волю пустили, и стал он с тех пор широко крыльями махать, вперед стада летать да Терешечку вспоминать.