У одного бедняка было двенадцать человек детей, и он должен был день и ночь работать, чтобы добыть им хлеб насущный. Когда родился у него тринадцатый ребенок, он уж и не знал, как ему быть, выбежал на большую дорогу и хотел позвать к себе в кумовья первого встречного.

Первый, встретившийся ему на дороге, был сам Господь Бог, и ему было уже известно, что у бедняка на сердце; Бог и сказал ему: "Мне жаль тебя, бедного. Я приму твоего ребенка от купели, буду о нем заботиться и наделю его счастьем на земле". Бедняк спросил его: "А кто ты таков?" - "Я Господь Бог". - "Ну, так я тебя не хочу в кумовья брать, - сказал бедняк, - ты все только к богатым щедр, а бедного голодать заставляешь". Это он говорил потому, что не знал, как премудро распределяет Бог богатство и бедность между людьми.

И отвернулся он от Господа, и пошел своим путемдорогою.

Тут подошел к нему дьявол и сказал: "Чего ты ищешь? Не хочешь ли меня взять в крестные к твоему ребенку, так я его тогда осыплю золотом с головы до ног и доставлю ему все радости мира". Бедняк спросил его: "Да ты кто же?" - "Я - дьявол". - "Ну, так я тебя в крестные не желаю, - сказал бедняк, - ты всех обманываешь и вводишь людей в соблазн".

И пошел далее своим путем-дорогою, и видит - идет ему навстречу Смерть, ковыляя на своих костлявых ногах, и говорит: "Возьми меня в кумовья". Бедняк спросил: "А ты кто?" - "Я - Смерть, которая всех приравнивает". - "Ну, так ты и есть мой настоящий кум! - сказал бедняк. - Ты безразлично уносишь и бедного, и богатого... Ты и будь моему ребенку крестной". Смерть сказала: "Я твоего ребенка обогащу и прославлю - тот, кто со мною дружит, во всем должен иметь удачу". Бедняк сказал: "Мы крестим в будущее воскресенье: смотри же, не опоздай".

Смерть явилась по обещанию и стояла у купели как настоящая крестная.

Когда мальчик подрос, явилась однажды к нему крестная и приказала ему за собою следовать. Она вывела крестника в лес, указала ему на какую-то травку, которая в лесу росла, и сказала: "Вот тебе от меня крестильный подарок. Я тебя сделаю знаменитым врачом. Когда тебя позовут к больному, я каждый раз буду тебе являться: если я буду стоять в головах у больного, то ты можешь смело утверждать, что его вылечишь, и если дать ему этой травки, он и точно выздоровеет; но если увидишь меня в ногах у больного, то знай, что он - мой, и тогда ты должен сказать, что ни один врач в мире его спасти не может. Но берегись: не давай больному травы против моей воли, а то тебе самому может быть плохо".

Немного времени спустя юноша сделался знаменитейшим врачом во всем свете. "Стоит ему только взглянуть на больного, так уж он знает, как обстоит дело, и скажет сразу: выздоровеет он или умрет", - так всюду шла о нем молва, и отовсюду приходили к нему лечиться, приводили больных и давали ему за лечение столько золота, что он вскоре разбогател.

Вот и случилось, что заболел сам король: позвали к нему врача, чтобы он сказал, возможно ли выздоровление. Когда он подошел к постели больного, то увидел, что смерть стоит у него в ногах и никакой надежды на исцеление нет. "А что, если я попытаюсь хоть однажды перехитрить Смерть? подумал врач. - Она, конечно, на меня прогневается, но так как я ее крестник, то она на это, конечно, посмотрит сквозь пальцы... А ну-ка, попытаю".

И взял он больного на руки и переложил его на кровати так, что Смерть у него очутилась уже не в ногах, а в головах. Затем он дал ему своей травки, и король оправился и вновь выздоровел.

А Смерть явилась к врачу, насупившись и сурово сдвинув брови, погрозила ему пальцем и сказала: "Ты вздумал меня провести - на этот раз я тебе спущу, потому что ты мой крестник; но если ты еще раз осмелишься это сделать, то тебе несдобровать, и я унесу тебя самого".

Вскоре после того заболела дочь короля. Она была у него единственным детищем, и бедный король плакал день и ночь над нею, почти ослеп от слез и объявил ко всеобщему сведению, что кто ее спасет от смерти, тот получит ее в супруги и наследует корону.

Врач, явившись к постели больной, увидел Смерть у нее в ногах. Он должен был бы вспомнить о ее предостережении, но красота королевны и обещанное ему счастье в супружестве с нею так отуманили его, что он позабыл все на свете.

Не посмотрел он и на то, что Смерть бросала на него гневные взгляды, что поднимала руку и грозила ему своим костлявым кулаком; он поднял больную на руки и переложил ее так, что голова ее очутилась в ногах, а ноги - на месте изголовья. Тогда он дал ей отведать своей травки, и тотчас зарделись ее щеки румянцем, и жизнь вновь возвратилась к ней.

Смерть, таким образом вторично обманутая врачом, который вырвал у нее из рук ее добычу, медленно приблизилась к врачу и сказала: "Ну, теперь уж нет тебе пощады: очередь за тобою..." Своею холодной как лед рукою ухватила она его так крепко, что он не мог и думать о сопротивлении, и повела его в подземную пещеру.

Там увидел он нескончаемые ряды тысяч и тысяч свечей, горевших ярким пламенем: одни из них были большие, другие - средней величины, третьи совсем маленькие. Ежеминутно одни погасали, а другие загорались вновь, так что огоньки, постоянно меняясь, как бы переносились с места на место.

"Вот видишь, - сказала Смерть, - это все свечи жизни людей. Большие это свечи детей, средние принадлежат людям во цвете лет и сил, маленькие - старикам. Но и у детей, и у молодых людей часто бывают очень маленькие свечи". - "Покажи мне свечу моей жизни", - сказал врач и думал, что она должна быть еще достаточно велика.

Смерть указала ему маленький кончик свечи, который вот-вот готов был догореть, и сказала: "Видишь, вот она". - "Ах, дорогая крестная! - заговорил испуганный врач. - Зажгите мне новую свечу из любви ко мне, чтобы я мог насладиться жизнью, быть королем и супругом прекрасной королевны!" - "Не могу этого сделать, - отвечала Смерть, - сначала должна она погаснуть, а потом уж может быть зажжена новая на ее месте". - "Так поставьте хоть огарочек-то моей старой свечи на новую, которая бы тотчас могла загореться, когда огарочек догорит", - молил врач.

Смерть прикинулась, как будто желает исполнить его желание, и добыла новую большую свечу; но так как она хотела отомстить врачу, то при перестановке свеч она преднамеренно вздрогнула, и огарочек свечи врача упал и погас, о

В тот же миг и сам врач упал на землю, и сам попался в когти Смерти.