Рассказывают также, что у владыки Бедр-ад-дина, везиря Йемена, был брат редкой красоты. Бедр-ад-дин стал искать человека, чтобы обучить своего брата, и нашел старца, величавого, достойного, целомудренного и благочестивого, и поселил его рядом со своим жилищем. И старец провел у него несколько дней, и ежедневно ходил из своего дома в дом владыки Бедр-ад-дина, чтобы учить его брата, а затем возвращался к себе домой. А потом в сердце старика запылала любовь к этому юноше и усилилась его страсть и поднялось в нем волнение, и однажды он пожаловался юноше на то, что с ним, и юноша сказал: "Как мне ухитриться, когда я не могу оставить брата ни ночью, ни днем - он постоянно со мною, как ты видишь!" "Мое жилище рядом с твоим жилищем, - ответил старик, - и когда твой брат заснет, ты можешь встать и уйти в покой уединения, и сделай вид, будто ты заснул, а потом подымись по стене на крышу, и я приму тебя из-за ограды. Ты пробудешь у меня один миг и вернешься, и твой брат ничего не узнает". И юноша отвечал: "Слушаю и повинуюсь!" И старец приготовил всякие редкости, подходящие к сану юноши, и вот что было с ним.

Что же касается юноши, то он вошел в покой уединения и подождал, пока его брат лег на ложе, и, когда подошел час ночного времени и брат погрузился в сон, юноша поднялся и подошел к стене. И он увидел, что старик стоит и ждет его, и тот протянул ему руку, и юноша взял его руку и вошел в дом, а ночь была ночью полнолуния. И они сидели за трапезой, и между ними ходила чаша с вином. И старец запел, а луна бросала на них свои лучи. И пока они проводили время в веселье и радости, наслаждении, счастье и блаженстве, ошеломляющем ум и взоры и слишком великом для описания, владыка Бедр-ад-дин проснулся и не нашел своего брата и поднялся испуганный и увидел, что дверь открыта. Тогда он вышел и услыхал звуки разговора. Поднявшись по стене на крышу, он увидел свет, сиявший в доме, и тех двоих за чашей вина.

И старец услышал его (а чаша была у него в руках) и Затянул напев и произнес такие стихи:

"Вино слюны своей он дал мне выпить,

Приветствуя пушкой и тем, что рядом.

И слал со мной, щека к щеке, обнявшись,

Красавец, среди сущих бесподобный.

И полная луна на нас смотрела,

Ее спроси, - она не выдаст брата".

И владыка Бедр-ад-дин был столь кроток, что, услышав эти стихи, он воскликнул: "Клянусь Аллахом, я не выдам вас". И ушел и оставил их в полнейшей радости.