Знай, о повелитель правоверных, что первый из них (а это горбун) был по ремеслу портным в Багдаде, и он шил в лавке, которую нанял у одного богатого человека. А этот человек жил над лавкой, и внизу ею дома была мельница. И однажды мой горбатый брат сидел в лавке и пил, и он поднял голову и увидал в окне дома женщину, подобную восходящей луне, которая смотрела на людей. И когда мой брат увидел ее, любовь к ней привязалась к его сердцу, и весь этот день он все смотрел на нее и прекратил шитье до вечерней поры. Когда же настал следующий день, он открыл свою лавку в утреннюю пору и сел шить, и, вдевая иголку, он всякий раз смотрел в окно. И он опять увидел ту женщину, и его любовь к ней и увлечение ею увеличились. Когда же наступил третий день, он сел на свое место и смотрел на нее, и женщина увидела его и поняла, что он стал пленником любви к ней. Она засмеялась ему в лицо, и он засмеялся ей в лицо, а затем она скрылась от него и послала к нему свою невольницу и с нею узел с красной шелковой материей.

И невольница пришла к нему и сказала: "Моя госпожа велит передать тебе привет и говорит: "Скрои нам рукою милости рубашку из этой материи и сшей ее хорошо!"

И он отвечал: "Слушаю и повинуюсь!" Потом он скроил ей одежду и кончил шить ее в тот же день, а когда настал следующий день, невольница спозаранку пришла к нему и сказала: "Моя госпожа приветствует тебя и спрашивает, как ты провел вчерашнюю ночь? Она не вкусила сна, так ее сердце было занято тобою". И затем она положила перед ним кусок желтого атласа и сказала:

"Моя госпожа говорит тебе, чтобы ты скроил ей из этого куска две пары шальвар и сшил их в сегодняшний день".

И мой брат отвечал: "Слушаю и повинуюсь! Передай ей много приветов и скажи ей: "Твой раб послушен твоему повелению, приказывай же ему, что хочешь".

И он принялся кроить и старательно шил шальвары, а через некоторое время она показалась ему из окна и приветствовала его знаками, то закрывая глаза, то улыбаясь ему в лицо; и он подумал, что добьется ее. А потом она от него скрылась, и невольница пришла к нему, и он отдал ей обе пары шальвар, и она взяла их и ушла; и когда настала ночь, он кинулся на постель и провел ночь до утра, ворочаясь. А утром он встал и сел на свое место, и невольница пришла к нему и сказала: "Мой господин зовет тебя". И, услышав это, он почувствовал великий страх, а невольница, заметив, что он испуган, сказала: "С тобой не будет беды, а только одно добро! Моя госпожа сделала так, что ты познакомишься с моим господином". И этот человек очень обрадовался и пошел с невольницей и, войдя к ее господину, мужу госпожи, поцеловал перед ним землю, и тот ответил на его приветствие и дал ему много тканей и сказал: "Скрои мне и сшей из этого рубашки". И мой брат отвечал: "Слушаю и повинуюсь!" - и кроил до тех пор, пока не скроил до вечера двадцать рубашек; и он весь день не попробовал кушанья. И хозяин спросил его: "Какая будет за это плата?" А он отвечал: "Двадцать дирхемов". И тогда муж женщины крикнул невольнице: "Подай двадцать дирхемов!" И мой брат ничего не сказал. А женщина сделала ему знак, означавший: не бери от него ничего! И мой брат воскликнул: "Клянусь Аллахом, я ничего не возьму от тебя!" - и, взяв шитье, вышел вон. А мой брат нуждался в каждом фельсе [62], и он провел три дня, съедая и выпивая лишь немного, - так он старался шить эти рубашки. И невольница пришла и спросила: "Что ты сделал?" И он отвечала "Готовы!" - и взял одежду, и принес ее к ним, и отдал мужу женщины, и тотчас же ушел. А женщина осведомила своего мужа о состоянии моего брата (а мой брат не знал этого), и они с мужем сговорились воспользоваться моим братом для шитья даром и посмеяться над ним. И едва настало утро, он пришел в лавку, и невольница явилась к нему и сказала: "Поговори с моим господином!" И он отправился с нею, а когда он пришел к мужу женщины, тот сказал: "Я хочу, чтобы ты скроил мне пять фарджий!" И мой брат скроил их и, взяв работу с собою, ушел. Потом он сшил эти фарджий и принес их мужу женщины, и тот одобрил его шитье и приказал подать кошель с дирхемами; и мой брат протянул уже руку, но женщина сделала из-за спины своего мужа знак: не бери ничего! Мой брат сказал этому человеку: "Не торопись, господин, времени довольно!" - и вышел от него и был униженнее осла, так как против него соединилось пять вещей: любовь, разорение, голод, нагота и усталоесть, а он только терпел. И когда мой брат сделал для них все дела, они потом схитрили и женили его на своей невольнице, а в ту ночь, когда он хотел войти к ней, ему сказали: "Переночуй до завтра на мельнице, будет хорошо!"

Мой брат подумал, что это правда так, и провел ночь на мельнице один, а муж женщины пошел и подговорил против него мельника, чтобы он заставил его вертеть на мельнице жернов.

И мельник вошел к моему брату в полночь и стал говорить: "Этот бык бездельничает и больше не вертит жернов ночью, а пшеницы у нас много". И он спустился в мельницу и, наполнив насып пшеницей, подошел к моему брату с веревкою в руке и привязал его за шею и крикнул: "Живо, верти жернов, ты умеешь только есть, гадить и отливать!" - и взял бич и стал бить моего брата, а тот плакал и кричал, но не нашел для себя помощника и перемалывал пшеницу почти до утра.

И тогда пришел хозяин дома и, увидев моего брата привязанным к палке, ушел, и невольница пришла к нему рано утром и сказала: "Мне тяжело то, что с тобой случилось; мы с моей госпожой несем на себе твою заботу". Но у моего брата не было языка, чтобы ответить, из-за сильных побоев и усталости.

После этого мой брат отправился в свое жилище; и вдруг приходит к нему тот писец, что написал его брачную запись, и приветствует его и говорит: "Да продлит Аллах твою жизнь! Таково бывает лицо наслаждений, нежности и объятий от вечера до утра!" - "Да не приветствует Аллах лжеца! воскликнул мой брат. - О, тысячу раз рогатый, клянусь Аллахом, я пришел лишь для того, чтобы молоть до утра вместо быка!"

"Расскажи мне твою историю", - сказал писец; и моя брат рассказал, что с ним было, и писец сказал: "Твоя звезда не согласуется с ее звездой, но если хочешь, я переменю тебе эту запись". - "Посмотри, не осталось ли у тебя другой хитрости!" - ответил мой брат и оставил писца и ушел на свое место, ожидая, не принесет ли ктонибудь работы ему на пропитание. Но вдруг приходит к нему невольница и говорит: "Поговори с моей госпожой!" - "Ступай, о дочь дозволенного, пет у меня дел с твоей госпожой!" - сказал мой брат; и невольница пошла и сообщила об этом своей госпоже. И не успел мой брат опомниться, как та уже выглянула из окна и, плача, воскликнула: "Почему, мой любимый, у нас нет с тобой больше дел?"

Но он не ответил ей, и она стала ему клясться, что все, что случилось с ним на мельнице, произошло не по ее воле и что она в этом деле не виновата; и когда мой брат взглянул на ее красоту и прелесть и услышал ее сладкие речи, то, что с ним было, покинуло его, и он принял ее извинения и обрадовался, что видит ее. И он поздоровался и поговорил с нею и просидел некоторое время за шитьем, а после этого невольница пришла к нему и сказала: "Моя госпожа тебя приветствует и говорит тебе, что ее муле сказал, что он сегодня ночует у своих друзей, и когда он туда уйдет, или будешь у нас и проспишь с моей госпожой сладостную ночь до утра".

А муж женщины сказал ей: "Что сделать, чтобы отвратить его от тебя?" И она ответила: "Дай я придумаю для него другую хитрость и ославлю его в этом городе".

(А мой брат ничего не знал о кознях женщин.)

И когда наступил вечер, невольница пришла к нему и, взяв моего брата, воротилась с ним, и там женщина, увидав моего брата, воскликнула: "Клянусь Аллахом, господин мой, я очень стосковалась по тебе!" - "Ради Аллаха, скорее поцелуй, прежде всего!" - сказал мой брат. И едва он закончил эти слова, как явился муж женщины из соседней комнаты и крикнул моему брату: "Клянусь Аллахом, я расстанусь с тобой только у начальника охраны!" И мой брат стал умолять его, а он его не слушал, но повел его к вали, и вали приказал побить его бичами и, посадив на верблюда, возить его по городу. И люди кричали о нем: "Вот воздаяние тому, кто врывается в чужой гарем!" И его выгнали из города, и он вышел и не знал, куда направиться; и я испугался и догнал его и обязался содержать его, и привел его назад и позволил ему жить у меня до сей поры".

И халиф рассмеялся от моих речей и сказал: "Отлично, о Молчальник, о немногоречивый!" - и велел выдать мне награду, чтобы я ушел. Но я воскликнул: "Я ничего не приму от тебя, раньше чем не расскажу, что случилось с остальными моими братьями, но не думай, что я много разговариваю.